Междометие

Междоме́тие — это класс неизменяемых слов и словосочетаний, служащих для нерасчлененного выражения чувств, ощущений, душевных состояний и других (часто непроизвольных) эмоциональных и эмоционально-волевых реакций на окружающую действительность. По ряду признаков к междометиям примыкают звукоподражания, представляющие собой условные преднамеренные воспроизведения звучаний, сопровождающих действия, производимые человеком, животным или предметом. Междометия являются характерной принадлежностью эмоциональной сферы языка, где они употребляются вне связи с другими словами (а также и не для связи последних). Междометия могут получать самостоятельное интонационное оформление.

В системе частей речи междометия занимают особое положение. Как слова, лишенные номинативного значения, они не относятся ни к одной из знаменательных частей речи. Вместе с тем междометия существенно отличаются и от слов служебных, так как их роль в синтаксической организации текста не аналогична роли частиц, союзов или - тем более - предлогов.

Как выразительные языковые средства междометия нередко употребляются и за пределами собственно эмоциональной речевой сферы. Такое употребление влечет за собой значительное усложнение и расширение их семантических и синтаксических функций и ведет к их сближению со словами других лексико-грамматических классов.

Междометия не изменяются ни по родам, ни по числам.

При использовании во множественном числе междометия становятся именами существительными.

Сам термин междометие впервые появился в 1619 году в "Грамматике" Мелетия Смотрицкого (см. История русского литературного языка), в форме "между́метие", поскольку само это слово является буквальным переводом, калькой с латинского interjactio, в котором inter - "между", а jactio – "бросание; невольное высказывание". Буквально "междометие" и значит "брошенное, вставленное между другими словами".

Содержание

Способ образования, состав

Со времен В. Вундта принято делить междометия на две группы единиц: первообразные (первичные, прототипические, непроизводные) и непервообразные (вторичные, производные) междометия.

Первообразные междометия

Их также именуют — первичные, прототипические, непроизводные. К первообразным относятся междометия, в современном языке не имеющие связей ни с одной из знаменательных частей речи и ведут свое происхождение от эмоциональных неязыковых выкриков человека. Они имеют ряд специфических признаков, к которым относятся: морфологическая аморфность и отсутствие словоизменения, главенствующая роль интонации над фоникой, аномальность фонетических свойств.

  • Морфологическая аморфность междометий.

Считается, что они не способны образовывать новые слова и формы слов. Вилкинс даже вводит мономорфемность в толкование междометий. Из морфологической аморфности междометий следует, что они не должны содержать словоизменительных и деривационных морфем, что, кстати, объединяет их с другими служебными словами – союзами, предлогами, частицами. Как и у частиц, у междометий возможна агглютинация, «склеивание» однородных формантов или полное их дублирование. Например, ого имеет в качестве более экспрессивного варианта ого-го, а так – вариант с дублированием: так-так. Кроме того, к некоторым русским междометиям присоединяются экспрессивные суффиксы: о-хо-хо – охохо-нюшки. Однако функция всех этих преобразований состоит только в произносительной растяжке междометия.

  • Главенство интонации и тона над звуковым составом.

«Для понимания междометий не нужно прибегать к их фонематическому отождествлению, – пишет Н.Д. Арутюнова. – <…> Звуковая субстанция служит в них главным образом для того, чтобы дать возможность развиться интонации, которая и передает их речевое содержание, сводимое к экспрессивной реакции говорящего». Весьма существенным для междометий оказывается также противопоставление долготе / краткости и по высоте тона. Междометия могут произноситься с различной долготой гласного звука или с задержкой рекурсии согласного: у-у-у!, а-а!, т-так, дда… Низкие звуки указывают на значительность объекта-стимула, а высокие звуки – на его несерьезность, незначительность. Так, оценка одного и того же объекта или события при помощи низкого о (или низкого у-у) противопоставляется высокому э-э (или и-и, а также высокому у-у) и не требует контекста для интерпретации смысла этих междометий. Один и тот же междометный звук а в зависимости от степени растянутости, высоты тона и интонации выражает разные смыслы и несет разное отношение к объекту: высокое короткое рубленное а – ‘чепуха, не важно, все равно’, среднее растянутое ааа… – ‘я растерян, или не могу подобрать нужного слова’, низкое, с падающей интонацией а-а, ‘теперь понятно’. Именно этим свойством первообразные междометия отличаются от непервообразных, в которых тон, растянутость и интонация не способны играть такой роли. Непервообразные же междометия мотивированы (в большей или меньшей степени) значением слова или конструкции, от которых они происходят.

  • Фонетическая аномальность.

Конвенциализации в письменной форме поддаются не все междометия. Есперсен указывает на невозможность представить некоторые междометия средствами алфавита. Речь идет о таких речевых единицах, которые строятся на базе нестандартных звуков. К ним относятся имплозивные и щелкающие звуки. Подобные вокализации, способные выражать эмоции и служить междометиями, передаются в языке описательно при помощи глаголов цокать (языком), причмокивать, крякнуть и т.д. Изредка в текстах можно встретить индивидуальные авторские попытки передавать такого рода междометия, например, имплозивный с-с-с! издаваемый при ожоге, при виде брызнувшей крови или осознании неловкости положения, в которое попал говорящий.

- Ваша благородия, там денщик стоит. Спрашивает: будешь писать ответ? «Вот так-так!» Ромашов вытаращил глаза и слегка присел. «Ссс... Надо бы ему на чай, а у меня ничего нет». Он с недоумением посмотрел на денщика. (Куприн А. И.: Поединок].

Даже при возможности быть зафиксированными в письменной форме некоторые первообразные междометия сохраняют аномальные свойства. Таковы междометия, состоящие из одних только согласных звуков, что не свойственно другим лексическим единицам: брр, гм, тссс, шш, псст.

Мне не понравился главнокомандующий – мелочный человек, глупый…Широты – нуль… Йохан Хенсен произнес презрительно – Псст! (А. Толстой).

Фонетическая аномальность как специфическое свойство не добавляет ничего нового к содержательным характеристикам междометия. Однако оно высвечивает противоречие между устной речью и ее письменной фиксацией: список общеупотребительных первообразных междометий, бытующих в русской речи оказывается значительно шире списка междометий в словаре.


Собственно междометия

Такие междометия в большинстве случаев ведут свое происхождение от эмоциональных выкриков, восклицаний, а также возгласов и звучаний, сопровождающих рефлексы организма на внешние раздражения.

a, а-а-а, ага́, ай, ай-да́, ату́, ау́, ах-ах-ах, ба, брр, брысь, ого́-го́, ой, о́п-па, м-м-м, ну и ну́, ой-ой-ой, ох-ох-ох, то́-то, тьфу, уау, улю-лю́, ура́, ух, фи

В группу входят междометия, построенные по моделям:

  • гласный + согласные х и й (ах, ай и т.д.);
  • гласный + согласные г или х + гласный (ага, ого, эге, эхе);
  • согласные х и ф + гласный (ха, фу, и т.д.);
  • протяжно или интонированно произносимые гласные (и-и, а-а, у-у, о! и т.д.).

Подзывные слова

цып-цып-цып, кис-кис-кис,

Звукоподражания

Первообразными являются также звукоподражания.

Эмоциональных вокализаций человека

агу́-агу, бр-р-р, гм-м-р, кхе-кхе́, тьфу-у, уа́-уа́, фу-у, фи-и, ха-ха-ха, хи-хи-хи, хо-хо-хо,

Объектов природы

бряк, бух, бум, гав-га́в, грох, дзинь-дзи́нь, ёк, иго-го́, карр-ка́рр, куда́х-тах-тах, крох, кап-ка́п, кувырк, мяу, му-у, тра-та-та, трах-тах-тах, тпру, тук, хлоп, фррк, фырк, шлеп, щелк

Непервообразные междометия

Непервообразные междометия представляют собой группу слов, в разной степени соотносительных со словами или формами той или иной знаменательной части речи. В отличие от первообразных междометий, междометия непервообразные представляют собой пополняющуюся группу слов. Главными источниками пополнения здесь являются оценочнохарактеризующие существительные типа горе, беда, смерть, страх, ужас, крышка, табак, труба, каюк, дудки, пропасть, дьявольщина (сюда же - устойчивые сочетания типа вот так штука, вот так клюква, вот так номер), а также глагольные формы со знач. побудительности: погоди, постой, давай, вали. Их также называют — вторичные, производные.

имя существительное

алле, батюшки, боже, владыко, господи, дьявол, караул, матушки, пиздец, помилуйте, создатель, стоп, спасе (устар.) , творец, черт

глагол

Глагольные междометия (несмотря на длительное изучение и в отечественном, и в зарубежном языкознании) до сих пор вызывают споры между учеными, рассматривающими глагольные междометия как: усеченные глагольные формы (Ф.И. Буслаев), глагольные частицы (И.И. Срезневский, В.А. Богородицкий), формы «ультрамгновенного вида русского глагола» (А.М. Пешковский). Некоторые ученые отрицают какую бы то ни было связь этих форм с междометиями, другие ученые отстаивают междометную принадлежность так называемых глагольных междометий (В.В. Виноградов, А.И. Германович и др.).

брось, будет, вишь (из видишь), здравствуй(те), извини(те), ишь (из видишь), пли (из пали), поди-тка (прост.), подумаешь, подумать, подумать только, пожалуйста, помилуйте, скажите, товсь (из готовься), усь (из куси), хватит

местоименные слова, наречия, частицы, союзы

вона (прост.), то-то, эва (прост.), эк, эка, вон, долой, полно, прочь; тс, тш, цс, ш-ш - все 4 из тише; ужо (прост.), однако, да уж, на тебе (нате), ну уж, ну да, ой-ли

соединения слов

ну и ну, ей-же-ей

устойчивые словосочетания и фразеологизмы

батюшки-света, боже мой, боже праведный, боже правый, господи боже мой, господи прости (прости господи), боже упаси (упаси бог), боже сохрани, господи благослови, господи помилуй, слава богу, черта с два, черт побери, черт возьми, что за черт, поди ж ты, скажите на милость, я тебя, вот тебе на, вот тебе раз, вот так так, вот то-то и оно (то-то и оно), вот это да, как бы не так, чтоб тебя

глагольные междометия

В особую группу среди непервообразных междометий выделяются глагольные междометия (междометные глаголы, глагольно-междометные формы) формально и функционально совпадающие с первообразными звукоподражаниями типа бум, грох, тук, хлоп, щелк, кувырк. Все они обозначают частые, резкие или стремительные движения и могут служить образцом для окказиональных новообразований.

верть, глядь, мах-мах, морг, нырь, прыг, скок, стук, толк, тресь, тык, хап, хвать, хлесть, шварк, шмыг

вокативные (призывные)

Образуются от обиходных названий соответствующих домашних животных.

кис-кис, уть-уть, тель-тель, цып-цып

заимствованные

айда́, алло́, а́мба, аппо́рт, арье́р, ату, ба́ста, бис, бра́во, да́ун, иси, карау́л, куш, марш, мерси́, пас, пиль, стоп, тубо́, ура́, ша́баш, шерш

Семаническая функция

Деление междометий по семантическим функциям не совпадает с их делением по способам образования.

Выделяемый семантический признак – отсутствие номинативного значения, непринадлежность «концептуальному плану» объединяет междометия с частицами, способными занимать автономную позицию. Отличие от последних, как и от стандартных высказываний, заключается в непроизвольном характере произнесения междометий. Сопоставляя значение междометия Ow! и Ouch! с высказыванием «Я чувствую боль», А. Вежбицкая вводит в толкование высказывания такой компонент, как «я говорю это, потому что я хочу сказать, что я чувствую». Другими словами, с точки зрения автора, немеждометные высказывания, в отличие от междометных, преднамеренны, целенаправленны, осуществляются под контролем сознания. То, что при помощи междометий можно инсценировать ту или иную эмоцию, общей ситуации не меняет: человек в процессе социализации учится контролировать и управлять эмоциями, однако граница между эмоциональными всплесками и целенаправленной деятельностью всегда сохраняется.

Целенаправленность высказывания – это прежде всего нацеленность его на адресата. Из непроизвольности реплики логически следует ее неадресованность. Междометия являются подвидом внутренней речи, для их произнесения собеседник вообще не обязателен. В соответствии с этим положением Феликс Амека считает междометия некоммуникативными высказываниями. Он противопоставляет междометия и этикетные формулы как спонтанные мгновенные реакции на ситуацию и интенциональные, социально ожидаемые речевые акты.

Намеренность и адресованность служит демаркационной линией между междометиями и диалогическими репликами, такими как реактивные реплики подтверждения, согласия, возражения и т.п. В.В. Виноградов обнаружил в записках А. А. Шахматова, что тот после некоторых колебаний вывел «да» из класса междометий. Об этом же слове пишет и Феликс Амека, который разводит на два класса разные употребления слова «да». «Как сигнал поддержки обратной связи в протекающем дискурсе да является ментальным актом (т.е. междометием), а в качестве ответной реплики – это речевой акт».

Намеренность и адресованность выделяет от описанного выше класса так называемые побудительные междометия. С семиотика точки зрения побудительные междометия относятся не к симптомам, а к сигналам. Они также, как и симптоматические вокализации, встречаются у животных. Вероятно, это обстоятельство и послужило обоснованием для включения сигналов побуждения в класс междометий. В целях поддержания традиции в определениях междометия как части речи обычно вводится компонент «побудительности» или «волитивности». Однако очевидно, что формально аморфные реплики-команды часто являются не реакциями, а инициирующими репликами. Они пропозиционально не пусты, не спонтанны, адресованы более-менее конкретному собеседнику и в большинстве случаев не содержат в себе эмоционального компонента (ср. майна, вира, марш и др.).

Если считать относящимися к классу междометий только спонтанные неадресованные звуковые реплики-реакции человека, выражаемые аморфными или десемантизированными, синтаксически обособленными языковыми единицами, то при отделении всех прочих разрядов получается вполне изоморфная группа, для которой можно обнаружить свойства, влияющие на употребление ее единиц. Это группа эмоциональных междометий (а также когнитивных междометий, выделяемых Австралийской лингвистической школой).

Единицы этой группы можно расставить по шкале опосредованности реакции. Ср., например, затруднительность перестановки единиц в междометной цепочке Ах! Боже мой! Вот так-так… Ничего себе… Вазу разбил! Со шкалой опосредованности можно связать процесс выявления типов стимулирующих объектов – ситуативных, дискурсивных и социальных, к поиску которых призывает П. Кокелмен (P. Kockelman).

Императивные (волеизъявление)

Междометия, обслуживающие сферу волеизъявлений, выражают обращенные к людям или животным команды и призывы. Значительная их часть представляет собой заимствования из других языков и принадлежит профессиональной речи военных, охотников, моряков, строителей, дрессировщиков: фу, фас, алле, анкор, аппорт, арьер, даун, иси, куш, пиль, тубо, шерш, майна, вира, полундра. Помимо этих узко специальных и малоупотребительных слов к данной семантической сфере относятся междометия, призывающие на помощь (караул), побуждающие к отклику (ау, алло, эй), требующие тишины, внимания, согласия (тш, тсс, ш-ш, чш, чу, чур), побуждающие к осуществлению или прекращению каких-либо действий: айда, ату, брось, брысь, взяли, валяй, ну же, да ну же, кыш, марш, на, но, ну, пади (устар.), тпрру, улю-лю, усь, цыц, шабаш.

В силу своей естественной близости к повелит. накл. междометия, функционирующие в сфере волеизъявлений, обнаруживают целый ряд специфических глагольных признаков. Некоторые из них способны принимать постфикс -те (на - нате, ну - ну те, полно - полноте, айда - айдате, брось - бросьте, цыц - цыцте, валяй - валяйте, брысь - брысьте) и к соединению с частицей -ка (на - на-ка - нате-ка - на-тка, ну - ну-ка - нуте-ка - ну-тка, айда - айдате-ка). Еще большее число таких междометий проявляет способность к синтаксическим связям с теми или иными (чаще местоименными) формами: чур меня, ату его, ну вас, цыц (брысь) отсюда, марш домой, айда на речку, на яблоко. Междометия ау, алло, эй, на, но (н-но-о), ну, тпру, улю-лю могут употребляться при обращениях: Ау, Женя, где ты?

Свойством синтаксической сочетаемости с другими словами обладают и отдельные междометия, относящиеся к собственно эмоциональной сфере: увы мне, ахти мне, ужо тебе, тьфу на него, тьфу мне на них; Тьфу для нас его разоренье было бы! (Писем.).

Особой разновидностью междометий, выражающих волеизъявление, являются близкие к обращениям слова, служащие для призыва животных (кис-кис, цып-цып), и междометия, используемые при общении с маленькими детьми: тю-тю, агу (и мотивированное им агунюшки, агушеньки), бай-бай, баю-бай (баюшки-баю, баиньки), сюда же детское чур-чура.

Коммуникативные

Эмоции

Эмоциональные междометия на первый взгляд не сильно различаются, выступая в качестве реакций на тот или иной стимул. Если вернуться к примеру к примеру с разбитой вазой, то можно убедиться, что каждое из перечисленных междометий может выражать эмоциональную реакцию на произошедшее событие: Ах! Вазу разбил!; Боже мой, вазу разбил!; Вот так-так, вазу разбил! Ничего себе, вазу разбил! Однако определенные различия между реакциями могут быть обнаружены. По эффекту на слушателя эмоциональные междометия можно с большей или меньшей точностью разделить на

  • фокусирующие внимание на внутреннее состояние говорящего – ой, ах, ааа…и т.п.

(обычная реакция на них у собеседника в случае непонимания, «невключенности» в ситуацию: «Что с тобой»?);

  • фокусирующие внимание на нарушение плана, сценария, хода событий – упс, вот так-так, ну дела! и т.п.

(обычная реакция на них у собеседника в случае непонимания, «невключенности» в ситуацию: «Что (такое) случилось?»);

  • фокусирующие внимание на классификации или оценке объекта – о!, ого-го!, вот это да! и т.п.

(обычная реакция на них у собеседника в случае непонимания, «невключенности» в ситуацию: «(Это) ты о чем?»).

Эти, а также некоторые другие, более частные признаки дают возможность приблизиться к построению такой классификации междометий, которая позволила бы безошибочно употреблять эти языковые единицы даже теми, кто лишен большого практического языкового опыта и интуиции.

специализированые (однозначные)

К числу междометий со специализированными семантическими функциями относятся: ай-ай-ай, ба, боже сохрани, бог с тобой, браво, бррр, вона (прост.), вот те крест, вот те христос, вот тебе на, вот тебе раз, вот так так, гм, господь с тобой, да ну, дьявол, ей, ей-богу, ей-же-ей, ей право (устар.), еще чего, и-и-и (и-и полно), как бы не так, как же, на-поди, на тебе (нате), ну да (ну да, как же), ну и ну, ну уж, однако, ой- ли, ох, поди ж ты, подумаешь, помилуйте, скажите (скажите на милость), слава богу, то-то (вот то-то, то-то и оно-то), тю, тьфу,, увы,, ф-фе, фи, фрр, фу, ха, х-хе, хи, хо, ужо (прост.), упаси бог, ура, черт, черт-те что, что за черт, черта с два, чтоб тебя, сейчас (в произношении - щас), эва, эк, эка, эх, эхма. Большая часть этих междометий выражает отрицательные эмоции: презрение, пренебрежение, насмешку, отвращение, досаду, укор, порицание, угрозу, протест, осуждение, раздражение, испуг, огорчение, растерянность, недовольство, недоверие, вызов, неодобрительное или чрезвычайное удивление, замешательство, сожаление, клятвенное уверение, возмущение, горе, тоску, печаль, боль. Слова, выражающие положительные эмоции, среди междометий с семантически однозначными функциями единичны: браво (восторг, восхищение), слава богу (облегчение), ура (ликование). Сфера отрицательных эмоций располагает несравненно большим числом специализированных средств выражения, нежели сфера эмоций положительных.

неспециализированые (неоднозначные, диффузные)

К междометиям с семантически диффузными функциями относятся: а, ага, ай, ах, ахти, батюшки, боже мой, вот это да, господи, ишь, их, матушки, ну, о, ого, ой, с ума сойти, ужас, черт возьми, черт побери. Все они передают состояние возбуждения, чем и предопределяются возможности их использования для выражения самых разнородных, нередко прямо исключающих друг друга чувств и ощущений. С опорой на содержание и общую эмоциональную окрашенность речи и при поддержке других средств - как языковых (интонация), так и внеязыковых (жест, мимика) - одно и то же междометие может выражать одобрение и порицание, испуг и радость, восхищение и презрение, страх и решимость. В сужении и уточнении семантических функций таких междометий чрезвычайно важна роль интонации, особенно таких ее сторон, как тон, ритм, тембр, сила и длительность звучания. Большие возможности для семантических дифференциаций открывает также изменение звукового облика междометий посредством их удвоения и утроения, повторения конечных слогов (ого-го, эге-ге, эхе-хе), интонационного варьирования гласных (и-и-их, у-у-у, о-о) и других способов экспрессивно-эмоционального выражения.

Существует предположение, что эмоциональная окраска первообразных междометий и степень их семантической диффузности в какой-то мере предопределяются различиями в способе образования гласных и в фонетическом качестве сочетающихся с ними согласных. Так, по наблюдениям акад. В. В. Виноградова, междометия с гласными верхнего подъема |и|, |у| в меньшей степени перегружены значениями, нежели междометия с гласными |а| и |о|, а у междометий, оканчивающихся на |j|, круг значений уже, чем у междометий, оканчивающихся на |х|.

Почти все междометия, обслуживающие сферу эмоций, ярко экспрессивны. Тем не менее у некоторых междометий экспрессивность может быть еще более усилена. В отдельных случаях повышение экспрессивности достигается средствами словообразования (путем прибавления суффиксов субъективной оценки: ой-ой-ошеньки, ох-ох-онюшки, ох-ох-ошеньки); часто используется прием осложнения междометия местоимением ты, при таком употреблении почти полностью утрачивающим свое лексическое значение и интонационно сливающимся с междометием: ах ты, ох ты, ух ты, их ты, ишь ты, эх ты, тьфу ты, фу ты, ну ты. Распространенным средством усиления экспрессии является совместное употребление нескольких - чаще двух - междометий: тьфу черт, ах боже мой, о-о батюшки.

К эмоциональным междометиям близки звукоподражания (ха-ха-ха, хи-хи-хи, уа-уа, мяу, тяф-тяф; бряк, щелк, бац) и глагольно-междометные формы типа прыг, скок, цап-царап.

Этикет

К междометиям, обслуживающим сферу этикета, относятся такие слова, как здравствуй(те), до свиданья, спасибо, благодарю, благодарствуй(те) (устар.), прости (устар., поэт.), прощай(те), извини(те), прости(те), пожалуйста, всего хорошего, всего (разг.), мое почтение, привет (разг.), здорово (прост.), пока (разг.). Все они содержат некоторую долю знаменательности, сближающую их со словами других частей речи. Многие междометия этой группы способны развивать вторичные значения и функционировать в качестве средств экспрессивно-эмоционального выражения удивления или несогласия, отпора, противодействия.

Синтаксическая функция

Участие междометий в синтаксической организации текста проявляется по-разному. Междометия могут функционировать в качестве эквивалента предложения (1), модального компонента предложения (2), члена предложения (3). Синтаксическая активность разных групп междометий различна; не все названные функции равноценны: одни из них соответствуют природе самих междометий, другие - вторичны и лишь отражают характер синтаксического взаимодействия междометий со словами других частей речи.

Синтаксический критерий определяется во многих лингвистических школах как доминирующий признак для причисления языковой единицы к классу междометий. При изучении междометий в разных (особенно экзотических) языках часто исходят из того, что к междометиям следует относить только самостоятельные или автономные реплики. Например, Феликс Амека пишет: «Междометия могут быть высказываниями сами по себе и всегда отделены паузой от высказывания, совместно с которым они выступают. Они всегда имеют собственный интонационный контур». Вилкинс утверждает эту мысль еще более категорично: «Быть междометием это значит быть знаком, который носитель использует как высказывание». Для русской традиции описания междометий такое определение очевидным образом недостаточно. Большая часть междометий, безусловно, функционирует именно в качестве эквивалента предложения, на основании чего и получает междометный статус. Именно вследствие обладания функцией самостоятельного или автономного высказывания междометие получает собственный интонационный контур. Это позицию занимают непервообразные междометия. Кроме них позицию высказывания занимают первообразные гласные звуки (а, э, о, и-и, у-у), которые в других синтаксических позициях теряют возможность интонирования и растяжки, выступая в предложении как частицы, предлоги или союзы. Однако ряд других первообразных междометий (модель гласный + согласные х и й) встречаются и в других синтаксических позициях, сохраняя, с точки зрения ряда лингвистов, свой междометный статус. Н.Ю. Шведова указывает, что такие междометия способны занимать при сказуемом позицию «модального модификатора» со значением экспрессивной оценки: Ох и красота!, Ах она змея! Ой какой большой!, и позицию предиката: Товар не ах; Тьфу на вас; Девочка ой-е-ей!

С другой стороны, синтаксическая позиция автономного или самостоятельного высказывания не уникальна для междометий. Кроме грамматически полноценных предложений в разговорной речи существует очень много аграмматичных, аморфных структур, как однословных, так и идиоматически связанных. Выделяемые в качестве дифференциальных для междометий признаки – морфологическая аморфность и синтаксическая автономность – открывают границы класса междометий для этикетных формул, «рутин» (разговорных клише), диалогических реплик подтверждения, возражения и т.п. На основании этих признаков к классу междометий относят реплики алло!, ничего, да, нет, вот именно, как бы не так!, ещё бы! и другие языковые единицы, которые в конечном итоге размывают этот класс, не способствуют однообразному его описанию.

Эквивалент предложения

К выполнению функции эквивалента предложения способны все междометия. Междометие имеет силу высказывания и в этом случае характеризуется самостоятельной интонацией: "Э", — сказали мы с Петром Ивановичем (Н. В. Гоголь); От удивления мог произнести только один звук: "О!" (Купр.); "Эхма!" — презрительно воскликнул Лунев (Горьк.).

Модальный компонент предложения

Функция модального компонента предложения может реализоваться двояко. В одних случаях междометие употребляется как вводное слово: Терпение начинает мало-помалу лопаться, но вот - ура! - слышится звонок (Чехов); Поскользнулась И бац! - растянулась (Блок). В других случаях модальная функция междометия неотделима от общего значения предложения, а междометие - от самой конструкции предложения: Ох и красота!, Ах она змея!; Эх ты житье-бытье!; Ах годы-годы!; Ох уж эти мне родственники!; Эх и песня!; Ах как приятно!; Ах как жалко!; Ох как стыдно!; Ой как кольнуло!; Вишь как ругается!; Ух какое великолепие!: Эх какая метель!; Ну (и) мороз!; Ну (и) чудак!; Эк куда метнул!; Эк его заливается! К выполнению последней функции способны только собственно эмоциональные междометия, преимущественно первообразные.

С модальной функцией междометий смыкается функция интенсификации (усиления) качественного или количественного признака, выраженного какой-либо знаменательной частью речи. Употребляясь в акцентирующей функции, междометие помещается непосредственно перед словом, обозначающим самый признак (1), или выносится в синтаксическую позицию зависимого предложения (2):

1) У! какая сверкающая, чудная, незнакомая земле даль! (Н. В. Гоголь); У! какая образина! Волосы - щетина, очи - как у вола (Н. В. Гоголь); Сквозь любезность прокрадывалась ух какая юркая прыть женского характера! (Н. В. Гоголь); Бежит.. у!.. бежит постреленок, Горит под ногами трава! (Искр.).

2) В старину свадьба водилась не в сравнение нашей. Тетка моего деда, бывало, расскажет - люли только! (Н. В. Гоголь); Вот и прошлый год был такой неурожай, что боже храни! (Н. В. Гоголь); Так спешим, что на-поди! (И. Никитин); А уж что за ребята, только ну! (Писемский); В ту пору был начальником губернии такой зверь, что у!!! (Салтыков-Щедрин).

Член предложения

Функция члена предложения в большинстве случаев не является собственной синтаксической функцией междометий. Возможность употребления междометия в позиции того или иного компонента предложения обычно возникает тогда, когда междометие замещает собою ту или иную словоформу: Она все ох да ох; Характер у него ой-ой-ой; Народу - господи, боже мой!; Дела - увы и ах!; Доходы - ну!; Сказал бы "ох", да не велит Бог (старая пословица); Обманывает век, а живет всё эк (старая пословица).

Исключение составляют звукоподражания типа бам, бац, звяк, щелк и глагольные междометия типа прыг, скок, толк, хвать, для которых функция члена предложения - сказуемого - является преимущественной синтаксической функцией. При этом они обычно получают контекстно-обусловленные значения прош. вр. сов. вида и уподобляются глаголам одноактного способа действия типа прыгнуть, хлопнуть, трахнуть, цапнуть:

Вдруг слышу крик и конский топ... Подъехали к крылечку. Я поскорее дверью хлоп и спряталась за печку (А. С. Пушкин); (Капитан Копейкин) побежал было за ней на своей деревяшке, трюх-трюх следом (Н. В. Гоголь); Подзадорили детинушку — Он почти всю правду бух! (Н.А. Некрасов); Кот Васька насторожился. И прыг к веретену (Н. А. Некрасов); Дверью хлоп, ушла (Г. Успенский); Перевесился, знаете ли, через перилу, а перила — хрусь! Хрустнула, знаете ли... (А. П. Чехов); Трамваем задавило? - шепотом спросил Поплавский. - Начисто! - крикнул Коровьев... Я был свидетелем. Верите - раз - голова прочь! Правая нога хрусть, пополам! Левая - хрусть, пополам! (М.А. Булгаков).

Употребление рассматриваемой группы слов в контексте настоящего или будущего времени, как и употребление их в других значениях, также возможно, но встречается достаточно редко; например: [Скалозуб:] Но крепко набрался каких-то новых правил. Чин следовал ему: он службу вдруг оставил, В деревне книги стал читать. [Фамусов:] Вот молодость!... - читать!... а после хвать! (А.С. Грибоедов); Сидит на речке с удочкой, Да сам себя то по носу, То по лбу - бац да бац! (Н.А. Некрасов); Как вскочит! Прямо к барину - Хвamь карандаш из рук ([Некасров]]); Знаешь, кто на тебя наскочит, - Степка Карнаушкин. Он тебе даст, ты - брык (А. Толстой); В этих низовьях ночи - восторг. Светлые зори. Пеной по отмели шорх-шорх Черное море ([Пастернак, Борис Леонидович|[Пастернак]]); Всю ночь он пишет глупости. Вздремнет - и скок с дивана (Пастернак).

В значении побудительного наклонения: Как быть? Сквитаться мы должны... Ударь!.. Я позволяю. Не так ли, друг? Скорее - хлоп. И снова правы, святы... (Н.А. Некрасов).

Научная интерпретация слов типа хлоп, хвать неоднозначна. Существует традиция рассматривать их как особые глагольные формы, обозначающие "мгновенное", "ультрамгновенное" или "внезапно-мгновенное" действие в прошлом. Эта точка зрения опирается на факт регулярного употребления таких слов в функции сказуемого (см. примеры - выше), а также на предположение об их родстве с древнерусскими формами аориста, т. е. с такими формами, которые обозначали целостные - длительные или мгновенные - действия, полностью отнесенные в прошлое (А. А. Шахматов). Иногда слова типа хлоп характеризуются как усеченные формы глагола, омонимичные междометию, а процесс образования таких форм изображается в виде цепочки: хлоп! ® хлопнуть ® хлоп (С. О. Карцевский, А. А. [[Реформатский]).

Согласно другой точке зрения (Е. Д. Поливанов), слова типа хлоп, хвать - это особые "звуковые жесты", не имеющие никаких специфических глагольных характеристик и показателей, а лишь заменяющие или изображающие то или иное действие, воспринимаемое акустически либо зрительно. "Звуковые жесты" не всегда соотносительны с глаголами (см. в приведенных примерах: трюх-трюх, шорх-шорх); некоторые из них могут функционировать не только как сказуемые, но и как обстоятельственные слова. Ранее позицию, в некотором отношении близкую к изложенной точке зрения, занимал А. А. [[Потебня], характеризовавший слова типа хлоп, хвать как глагольные частицы или сказуемые без форм времени, наклонения, числа и лица. Отмечая сходство их значений с одноактными ("однократными") глаголами, А. А. Потебня подчеркивал, что в последних действие представляется более сознательным и поэтому - оформленным. Не отрицая глагольного происхождения таких "частиц", как толк, морг, прыг, скок, А. А. Потебня тем не менее выводил их из системы глагольных форм, указывая, что по употреблению они стоят в одном ряду со звукоподражательными междометиями. Взгляда на слова типа хлоп, хвать как на сказуемостные междометия и одновременно как на "звуковые жесты" придерживаются некоторые современные исследователи.

В ряде случаев можно говорить о функциональном взаимодействии междометий и союзов, прежде всего противительных: но, ан, ан нет, ан глядь: Ты можешь поступать, как знаешь, но — имей в виду, что...; Тут бы обедать идти и спать завалиться, ан нет! — помни, что ты дачник (Чехов); Что занимаюсь философией да иной раз нет времени, так уж я и не отец? Ан вот нет же, отец! отец, черт их побери, отец! (Н. В. Гоголь); Ай-ай! как изба настудилась! Торопится печь затопить, Ан глядь — ни полена дровишек (Некраcов).

В литературном языке XIX в. междометной функцией регулярно осложнялись также союзы ин, лих, да лих, вышедшие из общего употребления: Я бы каждую неделю писал обозрение литературное — да лих терпения нет ([[Пушкин}}); Хотелось бы мне позвать их на новоселье, задать им пир горой: ин не бывать же этому! (Пушкин).

Знаки препинания при междометиях

  • Междометие, стоящее в начале предложения и произносимое без восклицательной интонации, отделяется запятой: Увы, на разные забавы я много жизни погубил! (А. Пушкин).
  • Междометие, стоящее в начале предложения и произносимое с восклицательной интонацией, отделяется восклицательным знаком (слово, следующее за междометием, пишется с прописной буквы): Эх! Да ты, как я вижу, слова не даёшь вымолвить (Н. В. Гоголь).
  • Междометие, стоящее в середине предложения, выделяется с двух сторон запятыми: Как я люблю море, ах, как я люблю море! (А. Чехов).
  • Запятой и восклицательным знаком выделяется междометие, стоящее в середине предложения и произносимое с восклицательной интонацией (слово, следующее за междометием, пишется со строчной буквы): Но, увы! комендант ничего не мог сказать мне решительного (М. Лермонтов).
  • Междометия, стоящие перед личными местоимениями ты и вы, за которыми следует обращение, запятыми обычно не выделяются: Ах ты, мерзкое стекло! (А Пушкин). Ах ты, степь моя, степь привольная! (А. Кольцов). Ой вы, луга и дубравы, я одурманен весной (С. Есенин).

Междометная теория происхождения языка

Эта теория берет свое начало от эпикурейцев, противников стоиков, и в более сложных вариантах она находит отзвуки в науке о языке и до ныне. Ее суть состоит в том, что слово возникло как выражение душевных состояний человека. Эпикур (341— 270 до н.э.) и эпикурейцы считали, что человеческая речь в своем возникновении прошла некоторый предварительный, физиологический этап - этап эмоциональных выкриков, которые связывались с впечатлениями, получаемыми от окружающих вещей, и становились их обозначениями. Первобытные люди инстинктивные выкрики превратили в естественные звуки - междометия, сопровождающие эмоции, откуда якобы произошли и все иные слова.

Первоначально междометия выступали как обозначения всплесков эмоций и воли человека: типа рус. ах, ох, ой, ух, брр, гм, тьфу, и-и-их, у-у-у и др.; бел. мм, шш, уф, фу, фэ, гэп, але, о-ё- вй и др. Затем появились образования от них типа рус. ахать, охать, ойкать, ухать и т.д.; бел. мыкацъ, шыкагць, уфкаць, фукаць, фэкаць и т.д. Позднее слова стали развиваться из междометных звуков по законам словообразования. Причем связь между звучанием слова и эмоциональным состоянием человека стала лишь косвенной. Слова стали выражать не только всплески эмоций и воли человека, но и другие впечатления, которые вызывались в душе человека окружающим миром. Так звучание слов, связываясь с впечатлениями от вещей, заменяло непосредственное созерцание предметов и явлений. Впечатления древних людей, считает Эпикур, зависели от окружающих вещей и местности, в которой проживало племя. Прежде, чем племена установили обозначения вещей, у них развились особые способы выдыхания воздуха, обусловленные особенностями впечатлений, испытываемых различными племенами. Это привело впоследствии, по мнению Эпикура, к появлению различных языков.

В XVIII в. междометная теория происхождения языка получает свое дальнейшее развитие у И. Гердера. В истории языкознания она получила название теории рефлексий. Первую стадию возникновения языка И. Гердер рассматривает в традиционном для междометной теории ключе: язык- это естественные крики души, проявление инстинктов. Такие выкрики вызывают у других существ с родственной душой сочувствующие ощущения. Поэтому язык первых людей - это язык ощущений. Настоящий человеческий язык еще очень далеко отстоит от него. Благодаря разуму человек может наблюдать самого себя, анализировать свой внутренний мир. Способность человека к рефлексии породила сначала внутренний, а затем внешний человеческий язык.

Рефлексия создает отличительные признаки образа предмета и формирует отчетливые понятия о нем - "слово души". "Словом души" становится наиболее яркий для нее и повторяемый признак предмета. Например, для белого, кроткого ягненка таким признаком будет "блеять". При повторных встречах с ягненком душа воскликнет; "А, это ты, блеющий!" Звук блеяния соединился с признаком ягненка и в результате рефлексии сделался названием овцы. Звук, признак предмета и его идея, по Гердеру, могут соединяться в душе и сами по себе, естественно, даже если человек и не будет пытаться произносить имя. В XIX в. теория междометий получает свое дальнейшее развитие под названием ономатопоэтической (от греч. onomatopoiia - производство названий) теории в работах немецкого психолога и лингвиста Г. Штейнталя, А.А. Потебни, Я. Гримма и др.

Штейнталь считал, что становление языка происходило стихийно, вместе с развитием человека и его сознания. Первоначально слова возникали во время игры, развлечения или отдыха первобытных людей. В одной из этих ситуаций кто-то произносил набор звуков, который использовался ранее как сигнал для совместных действий, например, при охоте на диких животных. Этот набор звуков остальные участники в момент игры повторяют, закрепляя его таким образом в коллективном сознании уже как обозначение определенного предмета, явления или действия. Здесь Штейнталь подчеркивает три момента: 1)язык возникает из сигнала, поданного вне ситуации, когда сигнал употребляется; 2) язык возникает как повтор привычных звуков; 3) язык возникает при потребности у человека в эмоциональной экспрессии, напоминающей экспрессию художественную.

Если в теории звукоподражания толчком для возникновения языка был внешний мир, то междометная теория стимулом для появления слов считала внутренний мир человека, его эмоции. Общим для обеих теорий является то, что они изучают происхождение механизма говорения как основу для становления языка.

Междометная теория смыкается с эмоциональной теорией просхожения языка. Важнейшим её представителем был Ж-Ж Руссо. В трактате о происхождении языков Руссо писал, что "страсти вызвали первые звуки голоса". По мнению Руссо, "первые языки были певучими и страстными, и лишь впоследствии они сделались простыми и методическими". По Руссо получалось, что первые языки были гораздо более богаче последующих. Но цивилизация испортила человека. Вот почему и язык, и по мысли Руссо, испортился из более богатого, эмоционального, непосредственного сделался сухим рассудочным и методическим.

Жан Жак Руссо считал, что «первые жесты были продиктованы потребностями, а первые звуки голоса - исторгнуты страстями… Естественное действие первых потребностей состояло в отчуждении людей, а не в их сближении. Именно отчуждение способствовало быстрому и равномерному заселению земли […] источник происхождения людей […] в душевных потребностях, в страстях. Все страсти сближают людей, тогда как необходимость сохранения жизни вынуждает их избегать друг друга. Не голод, не жажда, а любовь, ненависть, жалость и гнев исторгли у них первые звуки. Плоды не прячутся от наших рук; ими можно питаться в безмолвии; молча преследует человек добычу, которой он хочет насытиться. Но чтобы взволновать юное сердце, чтобы остановить несправедливо нападающего, природа диктует человеку звуки, крики, жалобы. Это самые древние из слов и вот почему первые языки были напевными и страстными, прежде чем стали простыми и рассудочными […]».

Эмоциональная теория Руссо получила своеобразное развитие в 19-20 веке и слилась с теориией междометий. Один из защитников этой теории русский лингвист Кудрявский считал, что междометия были своеобразными первыми словами человека. Междометия являлись наиболее эмоциональными словами, в которые первобытный человек вкладывал различные значения в зависимости от той или иной ситуации. По мнению Кудрявского, в междометиях звук и значения ещё были соединены неразрывно. Впоследствии, по мере превращения междометий в слова, звук и значения разошлись, причем этот переход междометий в слова и был связан с возникновением членораздельной речи.

Шарль де Бросс, французский писатель-энциклопедист, наблюдая за поведением детей, обнаружил, как первоначально лишенные смысла детские восклицания, переходят в междометия, и решил, что первобытный человек прошел ту же стадию. Его вывод: первые слова человека - это междометия.

Этьен Бонно де Кондильяк, французский философ, полагал, что язык возник из потребности взаимопомощи людей. Его создал ребенок, так как ему нужно сказать матери больше, чем мать должна сказать ему. Поэтому первоначально языков было больше, чем индивидуумов. Кондильяк выделял три вида знаков: а) случайные, б) естественные (природные крики для выражения радости, страха и т.д.), в) избранные самими людьми. Крики сопровождались жестом. Затем люди стали использовать слова, которые первоначально были только существительными. При этом первоначально одно слово выражало целое предложение.

Английский натуралист Чарльз Дарвин считал, что звукоподражательная и междометная теории - это два основных источника происхождения языка. Он обратил внимание на большие способности к подражанию у обезьян, наших ближайших родственников. Он также полагал, что у первобытного человека во время ухаживаний возникали «музыкальные кадансы», выражающие различные эмоции - любовь, ревность, вызов сопернику.

Сторонниками данной гипотезы были также Вильгельм фон Гумбольдт и А.А.Потебня.

Ономатопоэтическую (звукоподражательную) теорию за ее "ограниченность" в шутку прозвали "теория гав-гав", а междометную – "теория тьфу-тьфу".

Ссылки

Академия Наук СССР, Институт Русского Языка Русская грамматика.

И. А., Шаронов Назад к междометиям.

Е. В., Середа Классификация междометий по признаку выражения модальности.

Е. В., Середа Нерешенные проблемы изучения междометий.



Части речи
Имя существительное | Имя прилагательное | Имя числительное | Местоимение | Глагол | Наречие | Предлог | Союз | Частица | Междометие | Артикль
 
Начальная страница  » 
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
0 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Home